В Оренбуржье лишили выбора тех, кто нагло травит людей

В Оренбуржье лишили выбора тех, кто нагло травит людей

Газета ВЗГЛЯД начинает серию публикаций о тех, кого несколько месяцев назад назначили исполнять обязанности глав регионов. Спецкор ВЗГЛЯДа побывал с и.о. губернатора в экологически неблагополучном Переволоцком районе и увидел, как и почему эта поездка неожиданно превратилась в экстремальное испытание для управленческих навыков .

— Как будем развивать район? — спрашивает Денис Паслер у , главы Переволоцкого района.

— С вашей помощью финансами, — отвечает Николай Иванович. — А мы будем развивать.

— Иваныч дает! — прокатывается по актовому залу администрации Переволоцкого района.

— Финансы так финансы, — не возражает и.о главы Оренбургской области.

Кажется, Денис Паслер — единственный в этом зале, кто не особо удивляется сорокинской прямоте. Можно понять: в послужном списке 40-летнего Паслера, к примеру, четыре года во главе . На этом посту наверняка можно было услышать и не такое.

«Крутятся, как могут»

В Переволоцком районе и в регионе вообще — после того, как Паслер в марте стал и.о. главы Оренбургской области — действительно появились конкретные темы для разговора как о финансах, так и о развитии. По некоторым отраслям — впервые за долгие годы. Даром что Оренбуржье — регион-донор: нефтегазовая отрасль — где-то три четверти областного производства. Но, допустим, три четверти дорог Оренбуржья тоже не вписываются в нормативы; вот и толкуй тут.

— Дорожное хозяйство: было 11 миллиардов рублей, стало 16 миллиардов, — отдельно указывает Паслер на прирост финансирования. Тут, что называется, на круг областные деньги, федеральные деньги и отдельно — средства по проекту «Безопасные и качественные автодороги», включая дополнительные сотни и сотни миллионов. Например, около полумиллиарда для  — одного из самых протяженных , где комплексного ремонта дорог не видели десятилетиями. В этом же году — 33 километра ремонта городских дорог сразу, и дальше будет еще.

— Детские сады — строим 19 новых по области в этом году, никогда такого не было. И еще минимум два начнем. Школы — строим три, начнем еще одну, — продолжает и.о. губернатора. — Денег никогда не хватает, а учиться, лечиться и в садики детей водить нужно уже сейчас.

— А если в селе тысяча жителей, а для программы благоустройства территории надо полторы, — нам как быть? — вступает из Южноуральского сельсовета. Там крутятся, как могут. Даже инвестора на новый дом культуры нашли, сейчас ждут согласования проекта. Редкое рвение на территории, где живет не больше тысячи человек.

— Мне, чтобы люди в поселке оставались, ДК во как нужен. И комфортная среда, — не отстает Захаров. — Ну нет у нас полутора тысяч людей. И чего, мы лысые, что ли?

— Мы с вами? В общем-то, да, — констатирует Денис Паслер, вглядевшись в Вячеслава Дмитриевича, а затем проведя по собственной макушке.

Когда общий смех смолк, Паслер сообщает, что на следующий год по программе комфортной среды в регион придет почти 2 миллиарда федеральных рублей — против нынешних 266 миллионов. А деньги на сельсоветы вроде Южноуральского — без нужного количества жителей, но с должным желанием развиваться — предусмотрят в региональном бюджете-2020.

— А что с экологией нашей? — встают с места сразу несколько женщин. — Катастрофа с этим сероводородом бесконечным.

— А вот для этого я сюда и приехал, — говорит Паслер.

* * *

Дышать нечем

— Как быть с рабочими местами? — спрашивает Денис Паслер.

Еще несколько десятков жителей поселка Переволоцкий собрались на улице — актовый зал небольшой, все не поместились. Цель — увидеть и.о. главы региона. И узнать у него, когда же будут закрыты близлежащие предприятия — полигон отходов нефтедобычи «Велес» и нефтеперевалочная база «Триумф».

— Дышать нечем, Денис Владимирович, — под общее одобрение заявляет одна из переволоцких активисток. — Последние пару лет — беда просто. Мы и Владимиру Владимировичу на прямую линию видео посылали. Житья нет от сероводорода, люди в больницу ходят как на работу.

— Кто ходит, кого по «скорой» увозят, — подхватывают рядом.

— Все же, как с реальной работой быть? — повторяет Паслер.

Вопрос в любом случае не праздный. Жителей в Переволоцком — меньше десяти тысяч. А нефтеперевалка «Триумф» дает полсотни мест. Два-три десятка тысяч рублей в месяц — не самая крутая зарплата даже в Оренбургской области. Но все же это куда лучше, чем оставить пятьдесят семей вообще без средств. При том, что на районной бирже труда — уже под 500 зарегистрированных. И менее сотни вакансий, причем бросовых.

— Пусть едут на вахту! — непреклонны активисты. Уезжать на много месяцев вахтовиками на сибирские месторождении — обычное мужское трудоустройство не только для Оренбургской области. Хотя и регион-донор.

— Нет, ну так тоже не очень правильно, — говорит Паслер.

— У нас нет изобилия рабочих мест, — чуть позже объясняет он свою позицию спецкору ВЗГЛЯДА. — Я не приверженец закрытий вообще. Надо дать шанс, пусть и ограниченный.

«Ограниченный» — это примерно вот что. Оренбургский нефтемаслозавод, первые месяцы Паслера в качестве и.о. Проблемы те же — выбросы, превышение вредных веществ. Причина — износ оборудования. Решение: полтора месяца на то, чтобы навести порядок. Когда выяснилось, что ситуация не изменилась, областная администрация вместе с  подала иск на закрытие завода. В Дзержинском райсуде Оренбурга уже подбирают дату.

Случилось это полторы недели назад. Для переволоцких загрязнителей ничего нового придумывать не стали: тоже по 45 дней на юрлицо, для исправления. Нет — извините.

— Шанс ограниченный, потому что проблеме не первый год, — объясняет Паслер. — В прошлом году от жителей Переволоцкого района было 376 звонков с жалобами на превышение — два, три пять раз — и на запах сероводорода. В этом году их уже более пятисот.

* * *

— Наши сотрудники испугались, — объясняет рабочий нефтеперевалочной базы «Триумф». — Увидели, что делегация идет — и все операторы разбежались. Поэтому четыре люка на вагонах остались открытыми…

Положим, не четыре, а с десяток. Люки открыты примерно на половине железнодорожных цистерн, собравшихся на площадке «Триумфа». Запах сероводорода над базой и вокруг устойчив и крепок. Здешняя перевалка — почти 350 тысяч тонн нефти в год, и объемы растут.

Растут, однако, и выбросы в атмосферу. С 5 до 13 тонн в год. За шесть лет. И до поселка Переволоцкий, он же райцентр — дай бог, если километр. И роза ветров расположена не лучшим для жителей образом.

Над цистернами — площадка, где собралась «делегация» во главе с Паслером. Задача, объясняет и.о. губернатора — снизить выбросы обратно до пяти тонн. Самый понятный способ — ускорить переливку нефти в цистерны, чтобы лишнего в воздух не выходило.

— Крышку не держишь открытой, сразу закрываешь — выброс уменьшается, так? — размышляет Паслер. — А когда вы сразу все открываете, а на территории еще машины, которые нефть привезли, стоят, и все это одновременно… вот и пожалуйста!

— Так у нас больше 12 часов жэдэ цистерны не стоят, — говорит тот же сотрудник «Триумфа». — Все по нормативу.

— Какие нормативы, когда народ жалуется? — подчеркнуто вежливо спрашивает Паслер.

Хозяева нефтеперевалки тут же оценивают тональность разговора и просят время «на подумать». Через площадку доносится: «Насос ускориться не позволяет… Можно подключить резервный, но у трубы нет такой проходимости… А если клапана на люки? И видеонаблюдение за каждой горловиной?..»

— О, класс, — реагирует Паслер. — Только позаботьтесь, чтобы доступ к наблюдению был не только у предприятия, но и у нас. У контролирующих органов.

— Ммм… хорошо, — отвечают ему.

— Кстати, сколько маневровых локомотивов тут работает? — продолжает обсуждение и.о. главы региона. И вправду: чем быстрее подтаскивать под налив пустые цистерны и убирать уже наполненные — и закрытые, — тем меньше выброс.

Оказывается, что локомотив один. На три ближайшие предприятия, включая «Триумф».

— По экономике достаточно, — объясняют Денису Паслеру.

— Экономике, может быть, и достаточно. А людям не очень, — глава региона. — Особенно летом, когда жара…

«Плевок в лицо оренбуржцев»

Полигон «Велес», тоже недалеко от Переволоцкого — следующая точка остановки «делегации». На «Велесе» с 2011 года перерабатывают буровой шлам и стоки с нефтяных разработок.

«Экологическая безопасность» — обещает транспарант на въезде. У ворот — пара молодых людей в итальянских костюмах и блестящих черных ботинках, моментально утопающих на всю подошву в глине. Управляющие полигоном заверяют Паслера и его коллег, что объект безопасен: «Видите, запаха нет». Действительно, в отличие от «Триумфа», здесь ничем таким не пахнет.

Попутно выясняется, что на «Велесе» хотят наладить переработку отходов в минеральную смесь для рекультивации карьеров. Идея Денису Паслеру в принципе нравится. Уезжая, он еще раз — который по счету — подчеркивает, что главное — следить за экологической безопасностью. Разумеется, следить за ней молодые люди с «Велеса» обещают.

* * *

— Вас послушать — так все хорошо, — говорит глава области, прерывая доклад регионального . — Все у вас и у коллег есть. Нормативы есть, договоренности, контроль. Все есть, но ничего не работает.

На двери районной библиотеки имени Пушкина — объявление «Сегодня санитарный день». Метафорически верно: на втором этаже библиотеки — совещание по поводу экологической безопасности в Переволоцком и соседнем Ташлинском районе. Профильные ведомства, прокуратура, представители нефтяных компаний, работающих на территории; как говорится, здесь все.

— В целях минимизации негативного экологического воздействия и снижения социальной напряженности, — продолжает доклад , и.о. министра природы, экологии и имущественных отношений Оренбургской области. — Компаниям-природопользователям предписывается неукоснительно соблюдать…

— Вот то, что вы говорите — это же нормы, которые должны соблюдаться, так? — вновь вступает Паслер. — Зачем им предлагать то же самое, если они уже это не соблюдают? Должны приниматься другие меры, включаться другие механизмы.

— Игнорирование сообщений граждан является временем упущенных возможностей, — берет эстафету докладов представитель областной прокуратуры.

— Мы все зачем на совещание приехали? — вновь вмешивается в процесс Паслер. — Что толку в неработающих соглашениях? Результат — вот он, за окнами. «Все хорошо, все хорошо» — а народ за нами кругами ходит… Короче: могут коллеги дать технологию, позволяющую исключить жалобы — пусть дают. Не могут — пусть закрываются.

— Ну так чтобы что-то особенно страшное тут было… — слышен голос с места.

— Да, я тоже ничего страшного не увидел, — неожиданно соглашается Паслер. — Поэтому ничего страшного и не предлагаю: либо устранить выбросы, либо закрыть. Надо помочь с устранением? Какой вопрос, обязательно поможем! У нас не так много бизнесов, которые могут работать. Полтора месяца — вполне срок.

* * *

О «страшном» — хотя тут можно и без кавычек: о страшном — Денису Паслеру доложили уже после того, как и.о. губернатора покинул Переволоцкий район.

На полигон «Велес» — тот самый, где молодежь в костюмах и «глядите, не пахнет» — вскоре после отъезда главы региона заехала техника и сбросила отходы: нефтешлам и жидкие фракции. Концентрация сероводорода подскочила сразу же в пять раз против нормы. В поселке и по району — 150 жалоб, десятки вызовов «скорых». И три госпитализации — «отравление неизвестным газом»; все живы, тьфу-тьфу-тьфу.

Сказать, что на следующее утро областная администрация встала «в ружье», было бы неправильно. Основные службы выехали в Переволоцкий еще ночью. Еще до того, как Паслер ранним утром собрал экстренное совещание регионального правительства

— Плевок в лицо оренбуржцев, — и.о. губернатора тщательно подбирает слова. — Цинизм высшей пробы. Преступление против здоровья и безопасности жителей Переволоцкого. Полигон «Велес» закрыт на три месяца. До окончания следствия. Да, уголовное дело уже возбуждено.

Кажется, время норм, которые не соблюдаются, и соглашений, которые не работают, ушло раньше, чем можно было бы предположить.

— Вы там были, вы все видели: я всегда готов договариваться, — говорит Паслер после совещания. — Но только не с теми, кто нагло травит людей. Здесь вопросов нет. И никогда не будет. Так и запишите.

Кажется, именно это и называется выбором.

Оренбургская область — Москва


..Следующая страница->